Рост активности в среднем возрасте связан с меньшими шансами хрупкости

19 октября 2026 года журнал The Journal of Frailty & Aging опубликовал 22-летний анализ исследования ATTICA, давней популяционной когорты в районе Большие Афины в Греции. Ученые Афинского национального университета имени Каподистрии и Университета Харокопио наблюдали 574 взрослых, включенных в 2001–2002 годах. Тогда им было в среднем 48 лет (от 32 до 73), у них не было сердечно-сосудистых болезней, рака и состояний, исключающих регулярную физическую активность. Половина участников — мужчины.

Физическую активность измеряли анкетой трижды: в начале, через 5 и через 10 лет. Каждый раз участник считался активным, если сообщал не меньше чем о 600 МЕТ-минутах в неделю. Этот порог авторы связали с минимумом рекомендаций Всемирной организации здравоохранения; для умеренной нагрузки это около 150 минут в неделю. Получилось четыре траектории: неактивны все время (41% участников), сначала активны, потом нет (12%), сначала неактивны, потом активны (28%) и активны все время (19%).

В 2024 году, через 22 года после включения, гериатр и физиотерапевт опросили участников по шкале FRAIL. Она учитывает усталость, трудность подняться по лестнице, трудность пройти несколько сотен метров, пять и больше хронических болезней и незапланированную потерю веса. Из 574 человек 165 (29%) отнесли к преастении, то есть к начальной стадии старческой хрупкости, и 34 (6%) — к старческой астении.

Не поздно ли начинать в 40 или 50 лет?

В этой когорте у тех, чья активность выросла с уровня ниже 600 МЕТ-минут в неделю хотя бы до этого порога, результат был заметно лучше, чем у оставшихся неактивными. По сравнению с теми, кто так и остался неактивным, у ставших активными шансы оказаться через два десятилетия в преастении или астении были на 79% ниже (отношение шансов 0,21, 95% доверительный интервал от 0,12 до 0,36). У активных все время — на 80% ниже (0,20, от 0,11 до 0,37). Две группы выглядели почти одинаково. Ни один участник, активный на всех трех замерах, к концу наблюдения не был в астении. Те, кто сначала двигался, а потом перестал, выглядели не лучше никогда не бывших активными (1,28, от 0,69 до 2,38).

Анализ учитывал возраст, пол, образование, индекс массы тела, повышенное давление, диабет и высокий холестерин на старте. Один замер активности при включении сам по себе не был значимо связан со старческой хрупкостью через 22 года (0,741, от 0,496 до 1,107). В этом анализе с исходом статистически были связаны траектории активности за десять лет, а не один стартовый замер.

Авторы также оценили, что примерно половину случаев преастении и астении в когорте (49,5%, от 36,3% до 59,9%) можно отнести на счет неактивной или снижающейся активности. Это больше, чем 20,8%, отнесенные на ожирение, повышенное давление, диабет и высокий холестерин вместе. Как пишут сами авторы, такая цифра верна, только если связь причинная, а это исследование показать не может.

Чего это исследование не показывает?

Это наблюдательная когорта, а не испытание. Никого не назначали в группу тренировок, поэтому ставшие активными могли отличаться тем, чего поправки не учли. Активность оценивали со слов участников, хрупкость тоже, хотя каждый случай проверяли в личной беседе. На старте статус преастении и астении формально не измеряли, поэтому исследование описывает состояние в конце наблюдения, а не новые случаи.

Из 2444 подходящих участников полные данные через 20 лет были у 1416; после 24 смертей и 818 человек, с которыми не удалось связаться или которые отозвали согласие, финальную оценку прошли 574. Повторный анализ с поправкой на выбывание дал похожие результаты (0,20 для ставших активными, 0,24 для активных все время), но более здоровые добровольцы все равно могут быть представлены с избытком. Большинство исходов — преастения, а не астения: сама астения в этой группе была редкой. Выборка состояла из жителей городов Аттики, региона Больших Афин, и исследование измеряло старческую хрупкость, а не продолжительность жизни. Работу финансировали Греческое кардиологическое общество и Греческое общество атеросклероза.

Почему старческая хрупкость важна для долгой жизни?

Старческая хрупкость — это состояние повышенной уязвимости, когда небольшая болезнь, падение или операция выбивают человека из колеи надолго. Это одно из условий, от которых зависит, пройдут ли последние десятилетия жизни самостоятельно. В метаанализе, на который ссылаются авторы, в восьми когортах из десяти активность измеряли только один раз, на старте, а прежние длительные исследования траекторий включали людей со средним возрастом от 58 до 66 лет. Эта когорта начинала в среднем с 48 лет и повторяла замер, а это ближе к вопросу, который на самом деле есть у человека в середине жизни: имеет ли смысл менять привычки сейчас.

Ответ осторожный, но совпадает с прежними исследованиями траекторий у людей постарше: у тех, чья активность в среднем возрасте выросла, скорректированные шансы преастении или астении были почти такими же, как у всегда активных (0,21 против 0,20). Это связь в одной когорте, и она не доказывает, что начать тренироваться значит предотвратить хрупкость. Если вы собираетесь двигаться больше и у вас есть болезнь сердца, проблемы с суставами или другое хроническое заболевание, обсудите с врачом, как начать.

Материал носит информационный характер и не заменяет консультацию врача.

Источники

• Sgouropoulou D, et al. Midlife physical activity trajectories are associated with reduced physical pre-frailty/frailty in older age: insights from the prospective ATTICA sub-study 2002-2024. The Journal of Frailty & Aging, 2026. PMID 42895852 · DOI 10.1016/j.tjfa.2026.100217

• Bull FC, et al. World Health Organization 2020 guidelines on physical activity and sedentary behaviour. British Journal of Sports Medicine, 2020. PMID 33239350